Добро пожаловать,
Логин:

Пароль:


Запомнить

[ ]
Заповедник Кологривский лес. Статья Вадима Авданина
Заповедник Кологривский лес
Авданин Вадим Олегович

Памятник природы – и варварству в государственных масштабах
Сталинский тезис покорения природы прочно вошел в умы поколений лесников. Диву даешься, как эти умные люди десятилетиями трудились над выполнениями планов пятилеток, не видя за кубометрами древесины многих других ценностей леса. Сейчас результаты их деятельности очевидны – деградация лесов, обмелевшие реки, забитые отходами молевого сплава. Последствия варварской рубки лесов – и экстремальные паводки, и засухи с лесными пожарами.

Президент США Джон Фитцджеральд Кеннеди писал: «Будущее государства зависит от того, как мы научимся охранять леса». В этих словах один из ответов на вопрос, почему рухнул коммунистический режим СССР. Директор экспериментального (!) Мостовского леспромхоза рассказывал мне: «Продали срубленный лес, выплатили зарплаты, обновили лесозаготовительную технику, прибыли – ноль». Получается, что лес валили только ради процесса лесозаготовки. И какая экономика это выдержит? А вспомните дефицит в 70-80-х годах бумаги, древесных стройматериалов. А на миллионах гектаров падали под пилами деревья, реализуя один из главных мифов лесного ведомства – расчетную лесосеку. На моих глазах в Тверской области леспромхозы за десяток лет начисто сводили лесные массивы. Беда в том, что на старте XXI века новый Лесной кодекс окончательно развалил те остатки рациональности, что еще сохранялись в системе управления лесным хозяйством. Возвращаясь к тезису Президента Кеннеди, невольно задаешься вопросом - Россия обречена?

Лес – это сложная, но главное – очень важная экосистема, поддерживающая установленный природой баланс состояния окружающей среды. Что такое настоящий коренной южнотаежный лес, теперь можно увидеть, изучать только на нескольких «пятачках». Такие леса формируются не менее, чем за 5-6 веков. Их особенность – они способны поддерживать себя вечно, используя специфические механизмы воспроизводства.

Первенцем южнотаежного эталона стал Центрально-Лесной государственный заповедник, созданный в 1931 г. благодаря энтузиазму профессора Смоленского университета Граве. Лесной комплекс был в ярости, и за год, предшествующий организации заповедника, выделенная территория была вырублена ударными «социалистическими» темпами. Пришлось выбирать новый участок.

Я не случайно вспомнил эту историю. Когда в 50-х гг. прошлого века прозвучали предложения о заповедании Кологривского леса, она повторилась. Несколько тысяч гектаров девственной южной тайги принялись уничтожать с удивительным ожесточением и скоростью. Старожилы Кологрива вспоминают, что сваленные ели были такими огромными, что их транспортировка оказалась проблемной – многие деревья просто оставляли на лесосеках, а из тех, которые все-таки дотянули до пилорам, многие просто не проходили на распиловку из-за слишком большого диаметра. Прости Господи, ибо не ведали, что творили! Или понимали, но бесовская энергия была сильнее?

Впервые необходимость создания южно-таежного заповедника на территории Костромской области была обозначена в постановлении Президиума Академии наук СССР от 13 сентября 1957 г. № 677 «О рациональной сети заповедников СССР».

В феврале 1960 года, в Костромской обком КПСС, Костромской совнархоз и Костромской облисполком было направлено письмо, подписанное вице-президентом АН СССР, академиком А.В. Топчиевым. В письме говорилось о необходимости заповедать сохранившийся массив девственного елового леса в ближайшее время и о поддержке этого решения со стороны Академии Наук.
В 1978 году Костромской лесной опытной станцией, Костромским управлением лесного хозяйства и Костромским отделением ВООП был подготовлен проект решения облисполкома «О выделении памятника природы эталонных участков еловых лесов подзоны южной тайги в Кологривском районе». Эталонные участки общей площадью 918 га (это всего-то, что уцелело от варварских рубок к тому времени!) были выделены как памятник природы и изымались в установленном порядке из лесосырьевой базы Кологривского леспромхоза. На этой территории устанавливался особый режим ведения лесного хозяйства – запрещение всех видов рубок. В этом же документе было обращение к Совету Министров РСФСР об утверждении памятника природы «Кологривский лес» на республиканском уровне.
Начиная с 1978 года на сохранившихся от рубок участках «Кологривского леса» велись комплексные экологические исследования, в которых принимали участие сотрудники Института эволюционной морфологии и экологии животных им. А.Н. Северцова АН СССР, Института географии АН СССР, Лаборатории лесоведения АН СССР, МГУ им. М.В. Ломоносова, Всесоюзного НИИ лесоводства и механизации (Стороженков, Яковлев), Московского лесотехнического института, Костромской лесоопытной станции.

В январе 1980 года в Кологривский район была направлена группа специалистов Гослесхоза СССР, Минлеспрома СССР и Академии наук СССР, куда вошли д.б.н., профессор института морфологии животных АН СССР Н.В. Дылис, д.б.н., заведующий лабораторией лесоведения АН СССР А.Я. Орлов и другие. На месте были рассмотрены все имеющиеся материалы, подтверждена исключительная ценность участка девственных темнохвойных лесов и признана необходимость выведения из лесосырьевой базы Минлеспрома СССР четырех кварталов Варзенгского лесничества для организации памятника природы. Костромским облисполкомом эти предложения были одобрены.

Итогом многолетней исследовательской работы в Кологривском лесном массиве стали две книги, вышедших в издательстве «Наука». Сборник «Кологривский лес» (экологические исследования), вышел в 1986 г., под редакцией академика В.Е. Соколова и «Коренные темнохвойные леса южной тайги (резерват «Кологривский лес»)» вышла в 1988 г. под редакцией докторов биологических наук А.И. Уткина и А.Я Орлова.

В обосновании необходимости создания заповедника значительную роль сыграл А.В. Письмеров - ученый-лесовод Костромской лесоопытной станции, посвятивший кологривскому лесу почти четверть века жизни. Считая, что создание заповедника позволит сохранить остатки первобытных темнохвойных лесов, он предлагал заповедовать участок темнохвойной тайги именно там, где в 1960-е годы проектировался южно-таёжный заповедник. И именно А.В Письмеров фактически был первым, кто чётко сформулировал необходимость создания заповедника на двух участках.

У новой России не нашлось денег на проектирование заповедника Кологривский лес. Работы проводились на средства Программы МАТРА Королевства Нидерланды. Но самым сложным был процесс согласования создания заповедника на областном и районных уровнях. С этой задачей блестяще справился прирожденный «дипломат» М.Г.Синицын. Но мытарства на этом не закончились, проект в Минприроде положили «под сукно». И снова Максим Синицын бросился пробивать стены – организовал приезд патриарха российской природоохранной журналистики В.М.Пескова, много публикаций в прессе, телевизионные сюжеты. Забавно, что именно Василий Михайлович Песков сыграл решающую роль в организации заповедника. Президент В,В. Путин пригласил его на чашку чая, где в разговоре, как бы между прочим, дал поручение министру МПР – сделайте заповедник. А если бы так не сложилось?

Вновь созданный заповедник возглавил Максим Синицын, и со свойственной ему энергией пробивал финансирование на обустройство «новорожденного», штаты, технику… Максим буквально сгорел на работе – всего в 51 год его не стало. А заповедник по праву теперь носит его имя – человека, буквально положившего жизнь на его создание.

Лесники так изуродовали леса, что в территорию заповедника при проектировании пришлось включить, помимо 918 га коренных еловых лесов, и возобновление по вырубкам, и леса на горельниках 70-х гг. – лучшего просто не нашлось! Можно сказать, что заповедник спроектирован «на вырост». Велика мощь лесов, дайте время – все восстановится! Благо, что спохватились вовремя.

Когда в старом Кологривском лесу я любуюсь колоннадами вековых елей, понимая, что в Европе есть всего несколько таких эталонных лесов, приходят грустные мысли.

Да, это памятник природы. Но глядя шире – памятник варварству, среди которого он уцелел.

Почему такое богатство сохранено энтузиастами, а не государственной системой?
И вспоминая слова Д.Ф. Кеннеди - есть ли будущее у нашего государства?
©2006-2018 Некоммерческое партнерство содействия развитию орнитологии «Птицы и Люди»